Часть 5: Истоки
В прошлый раз мы задались вопросом, откуда появилась антиинтеллектуалистская тенденция в фундаментализме.
Как отмечает религиовед Карен Армстронг, «все фундаменталистские движения возникли как попытки защититься либо от либеральных единоверцев, либо от секулярных режимов». То есть, в основе поведения этих течений лежит страх. Страх того, что христианство будет уничтожено или искажено. Опасность разрушения веры многие видели в научном мировоззрении, которое, казалось, проникает все глубже в современное сознание и не оставляет там места для веры. Все может быть объяснено с помощью науки, никаких чудес нет, человек произошел от обезьяны. Не меньшую опасность, по мнению некоторых, представляло и либеральное богословие, видевшее в Иисусе одного из великих израильских пророков — и не более. Если наука представлялась врагом внешним, то либералы, казалось, отравляли христианство изнутри.
Надо сказать, что против этих опасностей можно бороться, не прибегая к нигилистическому отрицанию современной науки и богословия. Многие ученые и теологи ищут и находят выходы из этих кажущихся неразрешимыми противоречий. Но, к сожалению, страх — очень плохой советчик. Когда человек находится в стрессовой ситуации, он делает первое, что приходит ему на ум — инстинктивно обороняется. Очень многие действуют по пословице «чтобы выпрямить палку, нужно перегнуть её в другую сторону». То, что в результате таких манипуляций, палка может вообще сломаться, им в голову не приходит. Некоторые ученые заявляют, что Бога нет? Мы на это ответим, что сама наука ложна и отбросим её. А себе придумаем другую «науку», удобную для нас. Современные богословы, используя достижения библеистики, археологии и других наук, утверждают, что Библия не на 100% точна? Мы ответим на это, что это хитрая уловка дьявола, а Бог призывает нас «просто верить». В результате, вместо того, чтобы быть честными перед собой и другими, представители фундаментализма начинают придумывать отговорки, в которые со временем сами начинают верить.
Такова была ситуация в Америке. В России всё было гораздо трагичнее. Коммунистическая власть в СССР полностью разрушила церковь. И надо отметить, что никакой вины последней в этом нет, ведь весовые категории были слишком неравны. Власть обладала всеми средствами репрессивного аппарата: от ссылки священников и пасторов в лагеря до разрушения церквей. Но не это убило церковь. Если православная церковь и продолжала вести какое-то, пусть и призрачное, существование (сохранялся минимум священников и учебные заведения для них), то против протестантов был применен губительный прием. Мало того, что они были под запретом — им не разрешалось поступать в высшие учебные заведения. Власть понимала, что против образованных верующих ей будет гораздо труднее вести пропагандистскую войну. Гораздо удобнее выставлять христиан пережитком прошлого. Во многих фильмах-агитках религия была представлена как собрание неграмотных бабушек, полных глупых предрассудков, ползающих на коленях и не имеющих никакого отношения к современной действительности. Теперь же и поколение молодых христиан, среди которых было много талантливых людей, было обезврежено. Нахватавшийся поверхностных лозунгов и цитат дурак-атеист все равно смотрелся гораздо выгоднее христиан, у которых не было ничего, кроме Библии и веры, являвшихся безумием для «просвещенного научного материалиста».
Но даже не в этом была ужасная победа атеизма в России. Трагедия состояла в том, что сами христиане стали невольными пособниками атеистов. После перестройки наконец-то появилась возможность рассказать о Боге изголодавшейся советской интеллигенции, которая находилась в напряженных поисках хоть какой-нибудь духовности. К сожалению, этот шанс был безнадежно упущен. Христианам так долго запрещали получать высшее образование, что они в конце концов привыкли обходиться без него, а впоследствии у них и вообще сформировалось отрицательное к нему отношение. Всё точно так же, как и в притче про лису, которая долго пыталась достать виноград, а потом утешила себя мыслью, что он «зелен», а потому незачем и пытаться. К тому же, зазор между «простым чтением Библии» и академическим богословием стал настолько велик, что последнее стало казаться чем-то подозрительным и опасным. А если учесть, что 99% западных миссионеров, приезжавших в Россию составляли проповедники из фундаменталистских церквей… что ж, две половинки нашли друг друга.
Тем временем, советские интеллигенты, потоптавшись на пороге протестантских церквей, понемногу поняли, что здесь им, с их постоянным вопрошанием не очень-то рады, и отошли. Кто-то с грустью, а кто-то с раздражением… Церковь, приученная советскими властями, быть на обочине мыслительной деятельности, свыклась с навязанной ей маской «простачка», а потом и полюбила её…
Анатолий ЗАХВАТКИН
Иллюстрация: Камиль Фламмарион «Скептик, или Пилигрим на краю Земли»