4. Выход есть
Они шли по длинному темному тоннелю со сводчатыми потолками и кривыми бетонными стенами; их шаги гулко отдавались от этих стен и были слышны, наверное, по всему коридору. Все чувства и эмоции, кроме страха, притупились, нарастало ощущение безнадежности, бессилия. Казалось, что им больше никогда не предстоит испытать ничего хорошего, только этот бесконечный темный коридор…
Неожиданно они услышали голоса. Звуки были радостными. Детский смех и беззаботная болтовня, визг и шорох травы. Девочки удивленно, почти испуганно переглянулись. Они побежали вперед и увидели дверь в конце коридора. Аня прикоснулась к ручке и нерешительно потянула ее на себя. Дверь приоткрылась.
Подруги ослепли от света. Он был таким ярким, что девочки закрыли глаза ладонями. Они ведь еще никогда не видели дневного света. Наконец они открыли глаза и, щурясь, пытались разглядеть людей по ту сторону двери через щель. Сначала было трудно разобраться, что же тут происходит. Мелькали босые ноги и разноцветные одежды. Цвета были невыносимо яркие. Теперь им было видно, что там, за дверью, множество маленьких детей (на вид не старше трех лет) играли с мужчиной. Он был не молодой и не старый, среднего роста, волосы и борода не были ни длинными, ни короткими. Глаза его светились радостью. Он бегал за детьми, подхватывал их на руки, потом убегал от них и явно получал от этого большое удовольствие.
Посреди площадки (а может поляны или луга) стоял стол, и на нем – большой красивый бело-розовый торт. В него были воткнуты три свечи, уже погашенные.
- Иисус, давай есть торт! – Детский голос прозвучал так близко и так звонко, что девочки вздрогнули. Их сердца забились чаще, но они продолжали смотреть.
Мужчина подошел к торту.
- Мне с цветком, — сказала девочка.
- И мне с цветком! – откликнулся один из мальчиков.
- И мне!
- И мне!…
Все хотели с цветком. Мужчина взял со стола ложку, посмотрел на детей и перемешал крем. Все засмеялись. Потом дети повернулись к Иисусу и стали петь ему песню.
Девочки отвернулись, чтобы их глаза и разум отдохнули в темноте коридора. Перед глазами плыли разноцветные круги. Сильно тошнило. Аня начала терять сознание. Когда она пришла в себя, то увидела, что перед ней стоит тот самый мужчина. Он помог Ане встать, посмотрел в глаза и вышел. Ей захотелось бежать за ним и плакать, обнимать его, как будто он забрал часть ее сердца. Она схватила подругу за рукав и потянула к двери.
- Пойдем к нему! – ее сердце горело внутри нее.
- Он занят. Зачем ему мешать. – ответила подруга, и Аня остановилась.
Вдруг сильные холодные руки до боли сжали их плечи. Девочки завизжали.
- Вот вы где! – Передернувшись от неприятного мужского голоса, подружки оглянулись. Они увидели худого мужчину среднего роста. Было темно, и лица они не разглядели. Только стальные пронизывающие глаза.
- Мы чуть было вас не потеряли… — сказал он многозначительно и захихикал. Смех звучал резко и неприятно, почти истерично. Мужчина взял их за руки стальной хваткой и поволок назад по коридору. Подруги были перепуганы и не имели ни малейшего представления о том, что их ждет. Они прошли через дверь и вышли из-под лестницы в зал. Там их ждала тетя Таня. Конвоир скривил в улыбке тонкие губы.
- Вот ваши пропавшие, — сказал он. – Надеюсь, это была не ваша идея: отвлечь нас и отправить их туда.
Подошел еще один мужчина, что-то тихо сказал первому, и тот кивнул. Затем тот, кто приволок девочек, отвел в сторону тетю Таню и стал ей что-то втолковывать шепотом. Девочки переглянулись. Аня наклонилась к подруге и прошептала:
- Побежали обратно?
- Зачем?
- Мне кажется, он добрый. – снова зашептала Аня.
- Ну и что? Он нас с тобой не звал.
- Мы можем попробовать попроситься к нему.
- Зачем?
- Тебе он что, не понравился? – Аня не могла понять подругу.
- Понравился, но я не хочу напрашиваться.
- А я все равно хочу к нему.
- Ну и что ты скажешь? «Дяденька, ты мне нравишься, можно я с тобой поиграю»? – подруга насмешливо изобразила Аню. Та усмехнулась и замолчала.
Взрослые закончили разговор и подошли к детям. Тетя Таня выглядела взволнованно, но старательно пыталась это скрыть. Она посмотрела на Аню и тихо сказала:
- Аня, сам Управляющий Города решил удостоить тебя чести поговорить с ним. Это недолго.
Аня посмотрела на подругу, потом умоляюще взглянула на учительницу.
- Нет, Аня, ты должна идти одна, – сказала тетя Таня.
Аня осталась наедине с мужчиной, который поймал их в коридоре. Он был одет, как солдат, черты лица были тонкие, глаза горели. От мужчины веяло холодком и чем-то жутковатым. Он махнул рукой, и Аня пошла за ним. Они поднялись по одной из боковых лестниц на второй этаж и дальше по серым узким коридорам. Поворачивали они так часто, что ни один человек не смог бы запомнить дорогу. Наконец они дошли до нужного места.
Мужчина постучал, тихо открыл дверь, втолкнул Аню внутрь. Комната была небольшая. Основную ее часть занимал рабочий стол и массивное кожаное кресло, в котором кто-то сидел. Ане трудно было бы сказать, кто это был. Он выглядел, как высокий, полный мужчина, но во всем его облике было что-то нереальное, неуловимое взглядом, что заставляло постоянно спрашивать себя: «Кто это?». Девочка чувствовала себя странно. Она не боялась, не волновалась, но была очень настороженна.
- Здравствуй, Аня, – сказал «некто». Его голос был глубоким, низким, как будто слегка усталым. — Я давно наблюдаю за тобой. Я не ошибся. Ты действительно очень умная девочка. Ты ведь не просто так, из шалости, пошла в коридор. Ты искала выход, и ты его нашла. Скажи мне, тебе там понравилось?
Аня кивнула.
- Я признаю, кое-чего нам здесь очень не хватает. – его голос был ровным и умиротворенным, он невольно вызывал симпатию. – Если бы не этот ужасный климат, было бы намного лучше. Я сейчас как раз над этим работаю. Знаешь, зачем я тебя позвал? Я хочу, чтобы мы стали друзьями. У тебя хорошая интуиция. Вместе мы сможем многое изменить, многого добиться. Ты ведь любишь наш город?
Управитель не улыбался и выглядел очень убедительно. У Ани не было какого-либо враждебного чувства к нему, но она отрицательно покачала головой.
- Ты кого-нибудь там видела?
Аня кивнула. Собеседник опустил глаза и тихо сказал:
- Понятно. Он звал тебя к себе?
- Нет. – Аня ответила очень тихо.
- Это враг. Наш враг, мой враг. Тебе придется выбирать. Здесь ты будешь счастлива. Я расскажу тебе свои планы, мы будем работать над ними вместе, ты и я. А он тебя даже не звал. С чего ты взяла, что ты ему вообще интересна?
Аня молчала.
- Выбирай же.
- Я хочу быть с Иисусом…
Ее собеседник даже не шелохнулся, но его взгляд потяжелел, и голос тоже стал тяжелым и холодным.
- Ты все равно не сможешь отсюда выйти. Никогда.
Аня почувствовала внезапный страх и бросилась к двери. Извилистые коридоры, лестницы вверх и лестницы вниз, сотни дверей и окон – все наглухо заперты. Погони не было видно, но всем своим существом Аня ощущала леденящую враждебность этого места, исходившую даже от стен. Она бежала, не смея обернуться или остановиться. Вперед, вперед, вперед, быстрее, иначе… Аня пролетела по лестнице, и — наткнулась на широкую дверь, которая была явно заперта. Тупик.
«Иисус, помоги мне!» — беззвучно прошептала девочка на бегу, а потом стала громко петь песню, которую слышала перед тем, как потеряла сознание. Дверь распахнулась настежь. Аня выбежала в дневной свет.
Аня КОЗЫРЕВА